Мысли протопресвитера Валерия Лукьянова (+2018г.) на праздник Рождества Христова

«Все богослужение Православной Церкви устроено так, чтобы
истинный христианин жил и на земле жизнью небесною, святою, в
непрестанном служении и благоугождении Богу, в соединении с
Богом, в сообществе с Божиими ангелами и со всеми святыми…
Богослужение есть благодатный источник, чрез который небесная
Благодать изобильно проливает на служащих ей искренним
сердцем все дары свои: дары милости, мира, утешения, очищения,
освящения, просвещения, исцеления, обновления, и, что есть верх
щедрот Божиих, дар обожения — в Литургии или причащении»
(Св. прав. Иоанн Кронштадтский, «Мысли о Богослужении»).
Действительно, православное Богослужение, содержащее
сокровищницу великих истин и священных прообразов, является
источником глубочайшего духовного назидания.
Особенно раскрывается эта сокровищница в праздничных
Богослужениях, когда православные христиане могут извлечь для
себя великую духовную пользу, соединяя святость праздника с
назиданием его священного смысла.
В празднике Рождества Христова православный христианин
обретает чудесный прообраз, заключающийся в двух
Богослужениях, — во всенощном бдении и в Божественной
литургии.
Всенощное бдение в предвоскресные дни являет торжественное
благовестие славного Воскресения Христова, а в предпраздничные
дни оно повествует о душеспасительном событии в жизни Господа
нашего Иисуса Христа и Божией Матери, давая тем образ величия
и святости этого события.
Торжественная часть всенощнего бдения предваряетея
умилительным молитвенным последованием, заключающимся в
шести дивных, проникающих вглубь души грешника, псалмах
Шестопсалмия.
В Шестопсалмии, при выявлении скорбных чувств грешной
души человеческой, воспоминается время пришествия Спасителя,
возвестившего необходимости покаяния в деле нашего сласения и
даровавшего утешение скорбящей душе в Слове Божием, в мире
душевном и в освящающих Таинствах Святой Церкви. Поэтому-то

этим шести псалмам предшествует троекратное славословие,
воспетое Ангелами, явившимися пастухам в Вифлееме в ночь
Рождества Христова: «Слава в вышних Богу и на земли мир, в
человецех благоволение».
Об исключительном значении свидетельствует церковный
устав, предписывающий читать Шестопсалмие «со всяким
вниманием и страхом Божиим, яко Самому Богу беседующе
невидимо, и молящеся о гресех наших».
Соответствующим образом устанавливается и церковная
обстановка, перенося нас мысленно к торжественно-тихой
Вифлеемской ночи Рождества Христова. На Афоне вначале чтения
Шестопсалмия гасятся все свечи, светят только мерцающия, как
звезды, лампады, монахи выходят нз своих мест-стасидий и стоят с
великим благоговением, слушая чтение. Водворяется полнейшая
тишина, изображающая ночь ветхозаветного, подзаконного
пребывания людей, просвещенного светом благодати Христовой.
Читает Шестопсалмие сам настоятель обители или
присутствующий архиерей, и даже патриарх.
Так трогательно предваряется самая торжественная часть
всенощного бдения, когда возглашается великая весть о
Воскресении Христовом или радость наступающего великого
праздника.
Почти таким же умилительно-трогательным образом
предваряется и главная наша служба — Божественная литургия, на
которой приносится Великая безкровная Жертва в Таинстве
Евхаристии Христовой. Сие таинство из таинств и тайна из тайн,
недомыслимая для всякаго, даже и ангельского сознания, вечеря
Господняя предваряется принесением вещества для Таинства
— проскомидией.
Предуготовляя Св. Агнец и частицы в честь Божией Матери и
святых, и в память живых и умерших, иерей весь переносится
мыслию к тому моменту, когда родился Христос, соединяя таким
образом прошедшее с настоящим; взирает иерей на жертвенник,
как на священный вертеп, в коем небо сходило на землю и небо
стало вертепом, а вертеп — небом.
Поставляя звездицу на дискос, иерей взирает на нее, как на
звезду, светившую над Богомладенцем в Вифлееме; на святой хлеб,
как на народившегося Младенца-Христа; на дискос, как на ясли, в
коих возлежала «отроча младо»; на покровы, как на Его пелены;

поклоняется благоговейно иерей святому хлебу, как поклонялись
пастыри и волхвы Новорожденному Богомладенцу, и кадит иерей
пред вертепом-жертвенником, прообразуя в этом каждении
благоухание ладана и смирны, принесенные со златом волхвами.
Православные християне, молящиеся в храм во время
Богослужения в великий и радостный праздник Рождества
Христова, также мысленна переносятся в далекий Вифлеем, и ту
святую ночь, которая и после двух тысячелетий остается
непрестанно в наших молитвенных воспоминаниях.
Что слышим мы прежде всего в благовестии этого великого
праздника? Глас Небожителя-Ангела: «Не бойтеся, я возвещаю вам
великую радость, которая будет всем людям» (Лк. 2, 10). И затем
мы становимся созерцателями дивного соединения неба и земли в
явлении многочисленного небесного воинства, Ангелов, славящих
Бога в рождественском торжественном гимне: «Слава в вышних
Богу и на земли мир, в человецех благоволение» (Лк. 2, 13-14).
И мы зрим, как Царь неба и земли, Творец и Владыка
вселенной являет смирение — в нищете убранства, скромность —
в убогом вертепе и тихое излучение мира и любви, воистину, как
«Свете тихий, святыя славы…»
Рождество Христово, — разве оно не есть дивное преддверие
земного служения нашего Спасителя, разве оно не являет первый
шаг восхождения Его на Голгову для приятия страшных Крестных
страданий во искупление грехов рода человеческого?
Разве это не первая весть о грядущем славном Его Воскресении
из мертвых? Рождество Христово — это начало победы над
смертию духовной, ибо чрез пришествие Спасителя на землю
уготовляются небесныя обители для всех человеков «благой воли».
Посему, о Господи, сподоби нас научиться от Тебя всем
явленным Тобою добродетелям, обогащающим души наши больше
всякой людской мудрости и земного богатства.
Дай нам, Господи, впитать в себя хотя бы крупицу Твоего
невечерняго Света, дабы нам, посильно служащим Тебе, доступно
было бы передать сей благодатный Свет и ближним нашим.
Слава Тебе, Господи, Создателю и Покровителю нашему,
пришедшему ныне в подобии раба, чтобы, как Царю, вознести нас к
вечному блаженству! — «сего бо ради Бог на землю сниде, да нас
на небеса возведет» (Акафист Иисусу Христу, кондак 8).